— И для чего они предназначаются?

— В них находятся бактерии, которые должны будут обогатить кислородом планеты, как, например, на Земле это сделали некоторые бактерии миллионы и миллионы лет назад, — контролер едва улыбнулся. Его небольшой узкий рот не был приспособлен для выражения каких-либо сильных эмоций. — Ты — часть большого проекта, Корбетт.

— О Господи! И на долго он рассчитан?

— По нашим подсчетам на пятьдесят тысяч лет, разумеется, точно никто не знает.

— Пятьдесят тысяч лет?! О Господи! Неужели вы думаете, что государство продержится так долго?

— Тебя это не касается, Корбетт. Хотя… — Пирс на секунду задумался, — меня уже не будет в живых. Думаю, что и государство перестанет существовать, но человеческий род продолжится. В один прекрасный день на этих планетах появятся люди. И ты окажешься причастным к этому, Корбетт. Ты несешь людям бессмертие, и за это стоит отдать жизнь. Запомни, ты часть грандиозного проекта!

Он испытующе взглянул на Корбетта.

Корбетт сидел, глубоко задумавшись, и поглаживал нос. Наконец он спросил:

— А как там?

— Ты про звезды? Они…

— Нет, нет. Город. Я замечаю его дважды в день: кубистические здания со странными сооружениями на уровне улиц…

— Забудь это, Корбетт. Ты не должен ничего знать о Селердоре. К твоему прилету он совершенно изменится.

— Понимаю… понимаю… Но страшно хочется увидеть его, хотя бы краем глаза. Ведь я могу умереть и…

Корбетт замер на полуслове. Он замечал и раньше этот пристальный взгляд, хотя еще ни разу не видел Пирса рассерженным.

Когда Пирс ответил, его голос был ровным и по обыкновению бесстрастным:

— У нас не бюро путешествий.

— Вы тоже так думали бы, окажись на моем месте. Любопытство свойственно людям.

— При условии что мне это было бы интересно. Однако на вашем месте я определенно не стал бы настаивать на этом. Корбетт, о чем ты думал, когда решил отправиться в будущее? Ты считал, что государство тебе будет чем-то обязано? Дело обстоит как раз наоборот, и пора бы понять это.